Умный поиск

В данном разделе публикуются анонсы всех статей сайта, при этом самые новые расположены наверху. Чтобы получать новые материалы, вы можете также разместить rss-ленту данного раздела или любого другого на своём сайте.

Классический период. Земные боги. Триглав

Главным божеством земного пантеона был Триглав (Триглава,  Тригла), больше  почитавшийся у  западных и балтийских славян.  Он  олицетворял  животворящие  силы  земли,  а  также  стихии  воздуха  и  воды.  Древними  славянами  Триглав  представлялся  в  разных ипостасях: то мужчиной, то женщиной.

Классический период. Земные боги

Из всех богов ближе всего  для  славянина были хтонические,  земные  божества.  Земля  была  универсальным  началом,  одновременно животворящим  и поглощающим. Она была опорой  для человека, кормила его, рождала злаки.

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Дуалистическая пара «Белбог – Чернобог»

К  богам  с  обобщенной  функцией  принадлежит  и  дуалистическая пара Белбог (Белобог) и Чернобог, почитаемые, в  основном,  у  западных  и  балтийских  славян. 

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Лада как эротический субстант

Особым  поклонением  у  наших  предков  пользовалась  Лада,  почитавшаяся как  богиня  любви,  брака,  семейного  и  общинного  благополучия.  Ее  появление  не  случайно.  Мощное,  господствующее  в  природе  эротическое  начало,  объединяющее  мужчину и женщину, должно было персонифицироваться во всеми  почитаемое  божество. 

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Коляда – минимизация Солнца

Еще  одним  божеством,  имеющим  отношение  к  солнцу является  Коляда,  о  чем  свидетельствует  этимология  его  имени.  «Коло»  –  «круг»,  «колесо»  –  солярный  знак  солнца  –  прямо  указывает  на  это  значение. 

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Солярное божество Хорс

Для древнего человека значение  Солнца как  источника  света,  тепла  и  вселенского  благополучия  было  огромно.  Особенно  это  касалось  славян,  которые  были  «солнцепоклонниками»  и  связывали  свое  происхождение  с  древним  светилом. 

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Святовит

Важное  место  в  небесном  пантеоне  занимал  Святовит  (Световит,  Свентовит),  больше  известный  у  западных  и  балтийских  славян.  В  осмыслении  его  имени  исследователи  обращают  внимание  на  корень  «вит»,  означающий  «воинственность».  

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Стрибог – повелитель воздушных стихий

С  течением  времени  отдельные  функции  Перуна  персонифицировались,  и  единый  владыка  распался  на  ряд  отдельных  божеств  –  собственно  Перуна,  бога  грома  и  молнии,  бога огня Сварожича и ветров – Стрибога.

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Даждьбог и Перун

Сварог и Лада, олицетворяющая всеобщее эротическое начало,  имели  двух  сыновей  –   Даждьбога  и  Перуна.  Правда,  в  «Песнях  птицы  Гамаюн»  Даждьбог  считается  сыном  Перуна. 

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Сварожич как номинат Сварога

Мифологическим  инвариантом  Сварога  у  некоторых  славян  был Сварожич, функции которого прямо ограничивались стихией  огня.

Классический период. Небесные боги и божества с обобщенными функциями. Сварог и его функции

Верховным  божеством  классического  периода  у  древних  славян  был  Сварог  –  ближайший  персонифицированный  наследник  Рода,  функции  которого  были  связаны  с  небом.  В  «Песнях  птицы  Гамаюн»  говорится,  что  «Род  родил  Сварога  небесного  и  вдохнул  в  него  могучий  дух...  Путь  Сварог  стал  Солнцу  прокладывать  по  небесному  своду  синему,  чтобы  кони - дни  мчались  по  небу». 

Классический период. Общая характеристика

Боги  эволюционировали  вместе  с  сознанием  людей  и  обществом. Наряду с укреплением и усилением государственности происходит  стабилизация  и  закрепление  языческого  пантеона  богов и их функций.

Символизм заглавия (рассказ «Темные аллеи» как стилистическая закономерность). Часть 3

Чистота горницы здесь символизирует любовь Надежды и Николая Алексеевича - подлинную, чистую, новое - возможность переосмыслить прошлое и  исправить ошибки. 

Символизм заглавия (рассказ «Темные аллеи» как стилистическая закономерность). Часть 2

В центре рассказа «Темные аллеи» (1938) - встреча двух людей, мужчины и женщины, когда-то любивших друг друга. Она происходит спустя много лет и неожиданно для самих героев.

Символизм заглавия (рассказ «Темные аллеи» как стилистическая закономерность). Часть 1

Как известно, любое литературное произведение имеет две стороны: форму и содержание. Содержание представляет собой то, что традиционно называется  авторской концепцией. По мнению В.Е. Хализева, это глубинная основа произведения, «составляющая назначение формы как целого», «последняя смысловая инстанция».

Стилистические особенности цикла И.А. Бунина «Тёмные аллеи»

Имя И.А. Бунина в русской литературе XX века является знаковым. Поэт, писатель, нобелевский лауреат, по выражению О. Михайлова, Иван-царевич русской литературы, Бунин завершает золотой век отечественной изящной словесности.

Особенности типологизации и преемственности женских образов-характеров в романах Гончарова. Типологическая связь женских образов в романах Гончарова

Женские образы в творчестве Гончарова — тема действительно огромная и увлекательная. Еще Белинский отмечал необыкновенное мастерство Гончарова «рисовать женские характеры»'. Именно женские образы его романов вызывают огромный читательский интерес. Бесспорно, что образы Ольги и Веры были большой удачей в гончаровском творчестве.

Типология и принципы художественной характерологии женских образов в романах И.А. Гончарова

В романах Гончарова не столько герой, «положительный человек», создает драматическую ситуацию, сколько героини, чья значимость, в отличие от значимости «положительного человека», постепенно возрастает в сюжетных линиях романов. 

Художественное своеобразие женских образов в романах И.А. Гончарова

Иван Александрович Гончаров — загадочный писатель. Его классические романы — странное, неожиданное и резко-оригинальное явление в русской литературе XIX века. В различное время интерес читателя к романам Гончарова то угасал, то возгорался (как, например, в наши дни), но эти «приливы» и «отливы» почти не влияли на общую оценку его произведений.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Выводы

Рассмотрение типологических признаков лирических стихотворе­ний С. Есенина в функциональном аспекте позволяет сделать следу­ющие выводы.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «жизнь - смерть». Часть 4

К шестому типу относятся в основном стихотворения 1914 - 1916 гг.: «Край любимый», «В том краю, где желтая крапива», «Устал я жить в родном краю», «Там, где вечно дремлет тайна». Все произведения сочетают в себе элементы проективности и концеп­туальности. Причины, обусловливающие отнесенность этих стихотво­рений к шестому типу, как представляется, различны.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «жизнь - смерть». Часть 3

Ко второму (третьему) типу относится стихотворение «Под­ражание песне» (1910), которое носит по преимуществу проектив­ный характер и интерпретируется однозначно, кроме первой строки предпоследней строфы - В ПРЯЖЕ СОЛНЕЧНЫХ ДНЕЙ ВРЕМЯ ВЫТКАЛО НИТЬ, в котором можно усмотреть аналогию с мифом о парках, прядущих нить судьбы, (Харчевников 1975: 234), однако в целом строка остается непонятной, а приведенная аналогия являе­тся лишь одним из возможных вариантов ее толкования. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «жизнь - смерть». Часть 2

Остальные пять стихотворений, относящиеся к данной группе, бы­ли написаны в зрелый период творчества С. Есенина. В произведе­ниях «Сыпь, гармоника» и «Пой же, пой» практически отсутствуют проективные элементы. Основной парадигмой является оценочная, распадающаяся на части, относящиеся к лирическому герою и к возлюбленной.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «жизнь - смерть». Часть 1

С точки зрения глубины текста произведения, развивающие антиномию ЖИЗНЬ - СМЕРТЬ, могут быть разделены на две ос­новные группы (1-й и 6-й типы). Кроме того, одно стихотворение от­носится ко 2 (3) типу, одно - к четвертому и одно к восьмому.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «молодость – увядание». Часть 5

По глубине текста стихотворения «Мне грустно на тебя смотреть» (1923), «Закружилась листва золотая» (1918), «Я усталым таким еще не был» (1923) относятся к шестому типу. Рассмотрим их более подробно. Вариативность восприятия стихотворения «Закружилась листва золотая» на концептуальном уровне обусловлена противоре­чивостью оценочной парадигмы, которая частично совмещена с пара­дигмой ЛИРИЧЕСКИЙ ГЕРОЙ, частично функционирует изолиро­ванно.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «молодость – увядание». Часть 4

К третьему типу относится стихотворение «Троицыно утро, утренний канон» (1914), в котором есть неинтерпретируемая строка Я ПОЙДУ К ОБЕДНЕ ПЛАКАТЬ НА ЦВЕТЫ.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «молодость – увядание». Часть 3

Аналогичны причины вариативности восприятия отдельных фраг­ментов в стихотворениях «Вечером синим, вечером лунным» (СИ­НЕЕ СЧАСТЬЕ! ЛУННЫЕ НОЧИ!) и «Я красивых таких не ви­дел» (НО И ВСЕ Ж ВОЗВРАЩАТЬСЯ НЕ НАДО). 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «молодость – увядание». Часть 2

Ко II типу относятся 6 стихотворений: «Сукин сын» (1924), «Заря окликает другую» (1925), «Над окошком месяц, под окошком ветер» (1925), «Сыпь, тальянка, звонко» (1925), «Вечером синим, вечером лунным» (1925), «Я красивых таких не видел» (1925) Во всех этих произведениях есть вариативно воспринимаемые фрагмен­ты.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «молодость – увядание». Часть 1

Глубина текста в стихотворениях, реализующих антиномию МОЛОДОСТЬ - УВЯДАНИЕ, ниже, чем в рассмотренных ранее, что обусловлено общими закономерностями развития есенинского идиостиля, которые проявляются, в частности, в уменьшении глуби­ны текста в последний период творчества. Большая часть произведе­ний рассматриваемой группы была написана в 1923 - 1925 гг.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 11

Таким образом, антиномия ПРОШЛОЕ - НАСТОЯЩЕЕ является одной из центральных в лирике С. Есенина и претерпевает в своем развитии различные изменения. Как показал анализ, состав слов и словосочетаний, формирующих данную антиномию, оказывается в значительной степени стабильным. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 10

Следующая группа стихотворений связана с противопоставлением прошлого настоящему с точки зрения отношения к родному краю - краю приюта. Так, в стихотворении «Каждый труд благос­лови, удача» (1925) прошлое и настоящее противопоставляются как мир горожанина и крестьянина, мир праздного соглядатая и труженика.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 9

Значительная часть стихотворений, формирующих антиномию ПРОШЛОЕ - НАСТОЯЩЕЕ, связана с мотивами любви. Антиномия выступает в модификации НЕЖНОСТЬ, ИСКРЕННОСТЬ ЧУВСТВ (НАСТОЯЩЕЕ) - ГРУБОСТЬ, ПОШЛОСТЬ (ПРОШЛОЕ). Эта модификация относится не столько к внешнему миру, окружающему лирического героя, сколько к его внутреннему состоянию.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 8

В ином эмоционально-оценочном плане предстает прошлое в стихотворении «Снова пьют здесь, смеются и плачут» (1922). Мир прошлого представлен парадигмой ЧТО-ТО, МАЙ СИНИЙ, ИЮНЬ ГОЛУБОЙ, ЮНЫЕ, ДУРАШЛИВЫЕ; ТЕ, ЧТО УШЛИ ДАЛЕЧЕ. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 7

В отличие от стихотворения «Все живое особой метой», где представлены оба временных пласта, в стихотворении «Я обманывать себя не стану» (1922) в основном рассматривается временной план настоящего. Представления окружающих о лирическом герое противопоставляются его истинной сущности. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 6

Если в стихотворении «Хулиган» прошлое и настоящее - это характеристики родного края, осмысленные лирическим героем и оцененные им, то в стихотворении «Все живое особой метой» (1922) временные планы представлены как этапы внутренней эволюции мира лирического героя, непосредственно внешне не детерминированные.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 5

Антиномия ПРОШЛОЕ - НАСТОЯЩЕЕ разрабатывается поэтом как относящаяся к жизни его родного края, начиная с 20-х гг. Так, в стихотворении 1920 г. «Хулиган» - 4 основные парадигмы.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 4

В соответствии с характером развития антиномии изменяется и состав лексических парадигм, удельный вес в произведении одного или другого временного пласта. Например, в стихотворении «О верю, верю, счастье есть» (1917), произведении концептуального типа, в ассоциативной форме представлен временной план будущего как результат тех изменений, которые претерпевает мир лирического героя.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 3

Иным с точки зрения состава парадигм является стихотворение «О товарищах веселых» (1916). Лексика стихотворения объединяется в три парадигмы.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 2

Намеченная в проанализированном стихотворении антиномия развивается в ряде сюжетно-тематических вариантов. Например, в стихотворении «Не бродить, не мять в кустах багряных» (1916) из­меняющийся мир человека представлен парадигмой ЛЮБИМАЯ (ВОЛОСЫ, ГЛАЗА, КОЖА, НЕЖНАЯ, КРАСИВАЯ, ЛУЧИСТА И СВЕТЛА, СМЯТАЯ ШАЛЬ, НЕВИННЫЕ РУКИ, ИМЯ ТОНКОЕ, ГИБКИЙ СТАН И ПЛЕЧИ). 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «прошлое – настоящее». Часть 1

Антиномия ПРОШЛОЕ - НАСТОЯЩЕЕ в основном развивается в творчестве С. Есенина последнего периода. Ведущие лексические парадигмы, формирующие данную антиномию, - ЛИРИЧЕСКИЙ ГЕРОЙ, ПРИРОДА, ОЦЕНКА В ранних произведениях (до 1919 г.), как правило, присутствует парадигма РЕЛИГИЯ, позже - другие частные парадигмы, связанные с варьированием антиномии.

Архаический период. Упыри и берегини. Часть 6

В  эпоху  патриархата  с  доминирующим  мужским  началом  изменилось и представление о берегинях. В роли положительного  божества  выступает  Дид  как  некий  универсум  реальной  жизни,  хранитель и покровитель рода.

Архаический период. Упыри и берегини. Часть 5

Многоликому миру упырей противостоят берегини, хранящие  благополучие  разных  мест  и  помогающие человеку  повсеместно:  дома,  в  лесу,  в  поле.  Очевидна семантическая связь  берегинь  со  словом  «беречь»,  «оберегать»,  прямо  указывающая  на  их  функцию.  Б.А.  Рыбаков  соотносит  мифологических  берегинь  с  «берегом»,  являющимся  для  древнего  человека  символом  «твердой,  надежной  Земли».  Вероятно,  в  архаичную  эпоху  берегини, имея определенные отношения с водой, почитались как  покровители  живительной  влаги,  дождя  и  водных  источников.  

Архаический период. Упыри и берегини. Часть 4
Значительные  разночтения  существуют  в  понимании  таких  мифологических  персонажей,  как  русалка  и  Баба - Яга.  Одни  исследователи причисляют их к упырям на том основании, что они  «вредят» человеку. Другие, наоборот, считают русалок и Бабу-Ягу  изначально  берегинями,  которые  приобрели  демонические  уродливые черты в эпоху повсеместного распространения на Руси  христианства.  
Будущее

Неопределенность будущего делает его отчасти умозрительной категорией, которая, однако, очень важна для любого нормального человека. Можно даже сказать, что и люди и живут ради будущего, по крайней мере, в нормальном обществе. Тот же социум, в котором большинство людей живет одним днём, практически обречен. 

Настоящее

Настоящее – это, собственно, и есть наша жизнь. Не в том, конечно, смысле, что это «миг между прошлым и будущим», а несколько шире – в рамках хотя бы некоторого временного промежутка, в который укладываются продолжающие происходить события и явления. Можно сказать, что в данном случае понятие «настоящее» полностью тождественно понятию «современность».

История

История для любого уважающего себя народа и отдельного человека является одной из самых важных духовных ценностей. Именно общая история делает какую-либо группу людей собственно народом, нацией.

Прошлое

Прошлое... Несмотря на то, что прошлое является уже свершившимся фактом, оно вызывает, пожалуй, наибольшее количество противоречий, разночтений и конфликтов. Причина здесь в том, что каждый, кому не лень, пытается трактовать прошлое так, как ему выгодно, так, как он в силу своего уровня компетентности его понимает, или просто потому, что именно так ему хочется. Недаром можно наблюдать просто какое-то фантастическое количество искажений прошлого. 

Сайт Yojik

Довольно интересный ресурс по изучению языков. Здесь выложены курсы Defense Language Institute (DLI), Corps de la Paix (Peace Corps) и Foreign Service Institute (FSI), представлены различные программы, предназначенные для изучения языков, а также рекомендации по их использованию. 

Сайт InternetPolyglot

Данный ресурс направлен в основном на изучение лексики иностранных языков и произношении. Обучение на сайте ведется преимущественно в игровой форме, что способствует быстрому запоминанию слов и долгому сохранению их в памяти. Все уроки абсолютно бесплатны.

Сайт Study.ru

Здесь есть возможность изучить 5 европейских языков: английский, немецкий, французский, итальянский и испанский. Также имеется специальный курс английского для детей.

Сайт Лингуст (Лингвистический портал)

В настоящее время на сайте Лингуст доступны для изучения 16 наиболее востребованных языков: английский, немецкий, французский, итальянский, испанский, латынь, турецкий, греческий, чешский, польский, иврит. Также даны основы японского, китайского и корейского языков. В будущем количество представленных для изучения языков будет увеличено.

Раздел «Иностранные языки»

В данном разделе «Образовательного портала» представлены данные об Интернет-ресурсах, учебниках и методиках, которые помогут всем желающим изучить тот или иной иностранный язык. Сегодня таких ресурсов немало, моя задача состояла в том, чтобы выбрать наиболее интересные и эффективные из них.

Начал работу Образовательный портал
Архаический период. Упыри и берегини. Часть 3

К  роду  упырей  принадлежит  и  кикимора  –   мифологический  персонаж, характерный преимущественно для восточнославянской  мифологии.  Этимология  слова  «кикимора»  связана  с  «кика»  и  «морой».  «Кика»  –   птичий  гомон  («киканье»),  что  указывает  на  неугомонный  характер  этого  персонажа,  а  «мора»  («мара»)  –  древнее  божество  «темного»  мира,  принципиально  враждебное  человеку. 

Архаический период. Упыри и берегини. Часть 2

Родовым  понятием,  объединяющим  мир  упырей  у  восточных  славян,  очевидно,  был  черт.  На  его  обобщающий  характер  указывает, в частности, С.А. Токарев, замечая, что этот персонаж  выражает  «целый  ряд  отдельных,  более  узкоспециальных»  представителей  низшей  мифологии. 

Архаический период. Упыри и берегини. Часть 1

К  архаичным  формам  мифологии  относится  и  вера  древних  славян  в  упырей  и  берегинь,  о  которых  упоминается  в  древнерусских  памятниках.  Источником  данного  культа  является  первобытный  анимизм,  возникший  в  глубинах  охотничьего  хозяйства, а возможно, еще в палеолите. Если Род и рожаницы – это  «макрокосмическая»  картина  бытия,  как  она  представлялась  древним  славянам, то мифы  о берегинях и  упырях  представляют  «микрокосмос», стремление осмыслить реальную среду обитания,  то,  что  непосредственно  окружает  человека.  Древний  славянин  воображал  мир  как  бинарную  оппозицию  «свой-чужой». 

Архаический период. Род и рожаницы

Судьба  человека  родового  общества  во  многом  зависела  от  благополучного  климата,  удачной  охоты,  а  в  земледельческую  эпоху  –  от  богатого  урожая.  Природные  катаклизмы:  пожары,  засуха,  ураган,  град  могли  лишить  надежды  на  добычу  зверя  и  обильный  урожай  и  тем  самым  обречь  человека  на  гибель.  Поэтому  культ  природы,  животных,  воды  и  огня  характерен  именно  для  ранней,  тотемистской  формы  мифологии.  

Архаический период. Общая характеристика

Истоки древнеславянской мифологии уходят в глубокую архаику –  первобытно-общинные  отношения. Б.А. Рыбаков полагает, что это произошло приблизительно во II тысячелетии до н.э., когда праславяне отпочковались от общего индоевропейского этноса и уже владели определенным запасом  религиозных  культовых  представлений.  Сам механизм  зарождения  религиозного сознания мало чем отличался от других мифологий и представлял  собой  вербальную,  сюжетно  оформленную  модель  мировоззрения славянского этноса.

Славянская мифология

В  современном  мире,  когда  прошлое  стучится  в  настоящее,  чтобы  срезонировать  в  будущем,  образуя  при  этом  сложное  полифоническое  звучание,  изучение  отечественной  мифологии  становится насущной необходимостью. Действительно, языческое детство в национальной истории и культуре осталось навсегда, его  невозможно  вычеркнуть.  Оно  было  и  оно  есть.  Просто мы  не  всегда  его  замечаем,  потому  что  живем  в  его  тени.  Мифология «знакова», в качестве  устойчивых архетипов она органично вошла  не  только  в  культуру,  но  и  в  сферу  обыденного  сознания.  Это кодифицированный  набор  правил,  запретов,  поверий,  примет,  рекомендаций, магических действий, характерных для повседневной  жизни.

Символическое восприятие кириллицы на Руси. Часть 3

Действительно, возникают проблемы с выяснением того, что именно изображено. В качестве примеров я беру классический комментарий И. В.  Левочкина к прекрасному миниатюрному изданию «Инициалы XI–XVI веков». Вот его описание буквицы «Буки»: условный контур инициала заполнен изображением бегущего человека.

Символическое восприятие кириллицы на Руси. Часть 2

Многочисленные примеры свидетельствуют о том, что изначально многие системы письменности рассматривались в  качестве систем сакральных, которым приписывались священные значения и смыслы. Это достаточно хорошо видно на примере «глаголицы», символическое значение букв которой исследовалось. Собственно на этом строятся такие учения как нумерология, или скажем каббалистика. 

Символическое восприятие кириллицы на Руси. Часть 1

Хорошо известно, что обе системы письменности, создание которых традиция связывает с именами святых Кирилла и Мефодия, включали буквы, которые помимо обозначения звуков, как собственно славянских, так и греческих, в том числе отсутствовавших в славянских языках, имели также осмысленные названия для букв, означающие славянские звуки и числовые значения для букв преимущественно греческого происхождения. Это позволяет целому ряду авторов развивать идею о некой «сокровенной символике» кириллицы, в древнерусской  культуре — в частности. Для этого есть вполне определенные основания.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Заключение

Таким образом, антиномия ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ претерпевает существенные изменения в ходе своего развития. Эти изменения определяются особенностями состава соответствующих лексических парадигм, их функциями и средствами пересечения друг с другом. Основная линия изменения функциональных типов есенинских стихотворений в пределах данной антиномии сводится, как пока­ зал анализ, к движению от проективности к концептуальности и за­ тем к относительной уравновешенности проективного и концептуального аспектов содержания. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 9

Оценочная парадигма объединяет все остальные парадигмы: ПРИРОДА (ОСЕННЯЯ СВЕЖЕСТЬ, ЯБЛОНЯ, ВЕТЕР, ВОДА, СОЛНЦЕ, ЦВЕТ, ЧЕРЕМУХА); РЕЛИГИЯ (ГОСТЬ, ЗВОННИЦА, СВЕЧА); ЛИРИЧЕСКИЙ ГЕРОЙ и связанный с ним ДЕРЕВЕНСКИЙ БЫТ (ДУША, ТЕЛО, ПРАЗДНИЧНАЯ БЕЛАЯ ОДЕЖДА, СЕРДЦЕ, ГЛАЗА, РЕБРА, СОХА, ГВОЗДЬ, ГОРНИЦА, ДВЕРЬ). Сложная гамма чувств, возбуждаемая стихотворением в сознании читателя, определяется спецификой эмоционально-ассоциативного круга, связанного с тем или иным «предметным» образом.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 8

Постепенно в творчестве С. Есенина парадигма РЕЛИГИЯ теряет свою самостоятельность превращаясь в средство анализа различных аспектов земного бытия, объем ее значительно уменьшается. Например, в стихотворении «Разбуди меня завтра рано» (1917) парадигма РЕЛИГИЯ представлена лишь лексемами ГОСТЬ, ОБЛАЧНЫЕ КУЩИ, ЗОЛОТАЯ ДУГА, МОЛОКО. Приход ГОСТЯ связывается лирическим героем с обновлением всех сторон его жизни и прежде всего - творческой. Песни поэта - лирического героя, будут воспевать ГОСТЯ и ЗЕМНОЕ, его поэзия будет освящена не молоком, которое прольет КТО-ТО (ср. стихотворение «Гляну в поле, гляну в небо»), а МОЛОКОМ РЫЖИХ КОРОВ. В этом еще одна ступень перехода от потусторонней символики к земной. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 7

Последний период развития антиномии ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ в творчестве С. Есенина (1917 - 1919 гг.)  отмечен изменением позиции лирического героя по отношению к миру потустороннего. Это изменение нашло, в частности, отражение в стихотворении «Не напрасно дули ветры» (1917), где наряду с антиномией ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ зарождается антиномия ПРОШЛОЕ - НАСТОЯЩЕЕ, которая станет предметом подробного анализа в более поздних есенинских стихах.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 6

Мотив творчества в более поздних стихотворениях, разрабатывающих антиномию ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ, будет развиваться поэтом в ряде стихотворений, например, в стихотворении «Проплясал, проплакал дождь весенний» (1917). Здесь присутствуют те же парадигмы, что и в рассмотренном выше стихотворении: ПРИРОДА (ДОЖДЬ ВЕСЕННИЙ, ГРОЗА, ВЕТРЫ, ЗЕМЛЯ, ЛИСТ, ДЕРЕВО, ЗАКАТ); РЕЛИГИЯ (НЕБЕСНОЕ ДРЕВО, ВЗМАХ НЕЗРИМЫХ КРЫЛ ЛИК ПРОСТЕР ДЛАНИ, ЗВЕЗДНЫЙ ПИЛАТ, ИЛИ, ЛАМА САВАХФАНИ); ТВОРЧЕСТВО (НАПЕВ, СЛОВО, ТОМА ТЯ­ЖЕЛЫЕ БРЮСОВ, БЛОК, КРАСНЫЕ УСТА, СЕРГЕЙ ЕСЕНИН); ЛИРИЧЕСКИЙ ГЕРОЙ (ТЫ, ТВОИХ, СЕРГЕЙ ЕСЕНИН).

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 5

Дальнейшее развитие антиномии ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ связано с еще большим проявлением концептуального на­ чала, что, в частности, проявляется в увеличении удельного веса оценочной парадигмы. Так, в стихотворении «Прощай, родная пуща» (1916) три основных парадигмы: РЕЛИГИЯ (ЛАЗУРЬ, КОЛЬЦО НЕЗРИМЫХ ВРАТ), на первый взгляд, эта парадигма функционирует изолированно от остальных парадигм, ПРИРОДА (ТУЧИ ПУЩА, РОДНИК, СОЛНЕЧНЫЙ ДЕНЬ, ГЛУХАЯ НОЧЬ, ЛЕСА, БУРЯ, БРЮХО ЖЕРЕБЕНКА); ЛИРИЧЕСКИЙ ГЕРОИ И ЕГО ОЦЕНКА (СИЯЙ, ГРУСТИТЬ, НОЖИК НЕ НОСИТЬ, НЕ ОГЛАШАТЬ РАДОСТЬЮ, НЕ ИЗБЕГНУТЬ БУРИ, НЕ МИНОВАТЬ УТРАТ).

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 4

Развитие антиномии ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ осуществляется в творчестве С. Есенина приблизительно до 1919 г. Тенденции, рассмотренные выше, проявляются и в более поздних произведениях. Состав природной парадигмы существенно изменяется в сторону усиления абстрактного начала. Одновременно происходит качественное и количественное развитие парадигмы РЕЛИГИЯ. Она все более отделяется от природной парадигмы, приобретая самостоятельное звучание. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 3

Противоречивость оценок, включение одних и тех же образов в различные концептуальные системы свидетельствует в целом о проективном характере рассматриваемого произведения. В то же время его можно отнести к переходному типу, где, несмотря на явную проективность, происходит зарождение элементов концептуальности, в частности, связанное с функционированием оценочной парадигмы. 

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 2

Концептуальный тип ранних лирических стихотворений С.  Есенина, в которых формируется антиномия ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ, представлен произведениями 1914 г. «Пойду в скуфье смиренным иноком», «Не ветры осыпают пущи», «Гой ты, Русь моя родная» и др.

Лексические средства формирования образно-понятийных антиномий. Антиномия «земное – потустороннее». Часть 1

Рассмотрим лексические средства формирования различных образно-понятийных антиномий в лирике С. Есенина. Начнем с анализа лексических микросистем, формирующих антиномию ЗЕМНОЕ - ПОТУСТОРОННЕЕ.

Парадигма «природа» в лирике С. Есенина. Заключение

Таким образом, как показал анализ эволюции идиостиля С. Есенина с точки зрения особенностей функционирования природной парадигмы, между функциями рассматриваемых лексем и характером метафорических синтагм, с помощью которых происходит пересечение с другими парадигмами, наблюдается корреляция.

Особенности синтагматики лексем природной парадигмы лирики С. Есенина

В основе лексической системы идиостиля лежат не только парадигматические, но и синтагматические отношения. Рассмотрим некоторые особенности синтагматики лексем природной парадигмы, обратившись к анализу средств пересечения парадигм. Эти средства развиваются в процессе функционального усложнения парадигм.

Символическая функция парадигмы «природа» в лирике С. Есенина. Часть 3

В зрелом творчестве С. Есенина ассоциативно-оценочная функция становится превалирующей: ВОЛОСЫ ЦВЕТОМ В ОСЕНЬ («Заметался пожар голубой»); ЭТО ЗОЛОТО ОСЕННЕЕ, ЭТА ПРЯДЬ ВОЛОС БЕЛЕСЫХ («Дорогая, сядем рядом») - а пейзажная исчезает.

Символическая функция парадигмы «природа» в лирике С. Есенина. Часть 2

Развитие символики связано с ведущими антиномиями, проходящими через все есенинское творчество, - ПРОШЛОЕ - НАСТОЯЩЕЕ, МОЛОДОСТЬ - УВЯДАНИЕ и др. Так, например, мотивы увядания сопровождаются развитием ассоциативного круга, связанного со словом ОСЕНЬ.

Символическая функция парадигмы «природа» в лирике С. Есенина. Часть 1

Хотя, как уже отмечалось, чаще всего члены природной парадигмы не закреплены за определенной функцией и допускают широкое варьирование, в отдельных случаях за повторяющимися в той или иной функции словами закрепляются определенные ассоциации, которые являются устойчивыми в пределах всего есенинского творчества.

Параллель «природа – родина» парадигмы «природа» в лирике С. Есенина

В стихах С. Есенина единицы природной парадигмы выступают как параллель, аналог родного края, родины. В основном эта функция характерна для поздней лирики С. Есенина. Объединение парадигм чаще всего происходит благодаря связи с третьей, оценочной парадигмой. В разных произведениях эта оценка может быть разной. Например, в стихотворении «Сторона ль моя, сторонка» оценка отрицательная (см. связь с парадигмой ГОРЕВАЛ, ЧАХНЕТ, ПЕЧАЛЬ, ВЫГЛОДАЛА и др.), в стихотворении «Топи да болота» - сдержанно положительная.

Функция «единство / противопоставление природы и религии» парадигмы «природа» в лирике
С. Есенина. Часть 2

Двойственность отношений природы и религии, одновременная сопоставленность и противопоставленность этих парадигм ощущается читателем в стихотворениях «Гой ты, Русь моя родная», «Душа грустит о небесах» и др. В стихотворении «Гой ты, Русь моя родная» (1914) родина и рай - явления одного ряда для лирического героя: ХАТЫ - В РИЗАХ ОБРАЗА: ПАХНЕТ ЯБЛОКОМ И МЕ­ДОМ. ПО ЦЕРКВАМ ТВОЙ КРОТКИЙ СПАС и т. д.

Функция «единство / противопоставление природы и религии» парадигмы «природа» в лирике
С. Есенина. Часть 1

Парадигма РЕЛИГИЯ является вторым лексическим рядом, с которым тесно взаимодействует природная парадигма. Из двух противоположных тенденций, характеризующих взаимоотношения этих парадигм, ведущей является тенденция к взаимосвязи, единству, а иногда и тождеству. Противопоставление природы и религии, характерное для поздних есенинских стихов, в раннем творчестве встречается реже.

Функция «единство / противопоставление природы и человека» парадигмы «природа» в лирике
С. Есенина. Часть 4

Примером природной парадигмы контрастирующего типа, выполняющей рассматриваемую функцию, является парадигма ВОЛНЫ, КАСПИИ, СИНЬ, РОЗА, СИРЕНЕВЫЙ в стихотворении «Прощай, Баку! Тебя я не увижу». Этот ряд подкрепляет эмоциональную тональность подъема, связанного с пребыванием поэта - лирического героя в Баку, и контрастирует с его нынешним состоянием слабости, увядания, предчувствия кончины. В целом этот подтип нехарактерен для есенинской лирики.

Функция «единство / противопоставление природы и человека» парадигмы «природа» в лирике
С. Есенина. Часть 3

Разновидностью рассматриваемой функции является функция эмоциональном параллели к настроению (состоянию) лирического героя.  Можно выделить три типа эмоциональной взаимосвязи человеческого и природного миров: совпадение, контрастность и контаминированный тип.Чаще всего природная парадигма подкрепляет настроение грусти, тоски, усталости, неприкаянности: НОЩЬ, ПОЛЕ, ПЕТУХИ, ВЕТЕР.  ЯБЛОКИ. ОСИНЫ, РЯБЬ, ЖУРАВЛИНЫЙ, СЕНТЯБРЬ, ПРУД.  РЕКИ, СТАДА, ИВЫ, ХОЛМ, МЕСЯЦ, МЫШЬ («Нощь и поле, и крик петухов»); ПОЛЯ, ВЕТЕР, РЕДЬКА, ЛУК, ПУРГА, ЗЕМЛЯ («Не ругайтесь, такое дело»); МОРОЗЬ, СЛИЗЬ. НЕБО, ЛИСТЬЯ, ЧЕРВЬ. НЕБО, ВОДЫ. ОСЕННЯЯ, ПОЛЯ, КЛЕН. ТРАВА, ВОРОБЬИ. ВОРОНА, СОВА («Я усталым таким еще не был») и др.

Функция «единство / противопоставление природы и человека» парадигмы «природа» в лирике
С. Есенина. Часть 2

Еще одним типом отношений природы и человека является противопоставление природы в единстве с лирическим героем другим людям. В стихотворении «Я обманывать себя не стану» единство лирического героя с животным миром (КАЖДАЯ СОБАКА ЗНАЕТ МОЮ ЛЕГКУЮ ПОХОДКУ; ЛОШАДЬ ГОЛОВОЙ КИВАЕТ МНЕ НАВСТРЕЧУ; ДЛЯ ЗВЕРЕЙ ПРИЯТЕЛЬ Я ХОРОШИЙ) эксплицитно протпвопоставлено человеческому миру: СРЕДЬ ЛЮДЕЙ Я ДРУЖБЫ НЕ ИМЕЮ, Я ДРУГОМУ ПОКОРИЛСЯ ЦАРСТВУ. В целом антагонистические отношения между миром природы и миром человека не характерны для есенинской лирики.

Функция «единство / противопоставление природы и человека» парадигмы «природа» в лирике
С. Есенина. Часть 1

Отношения природы и человека в лирике С. Есенина различны - от полного слияния до отталкивания. Полное слияние лирического героя с природой характерно, например, для стихотворения «Матушка в Купальницу по лесу ходила». Лексемы Я и МАТУШКА входят к один ряд с наименованиями природных реалий - ЛЕС, РОСА, ТРАВЫ, ЗОРИ, РАДУГА, СНЕЖИНКА. Полное слияние в то же время не приводит к очеловечиванию природы пли «оприродованию» человека. Каждый из миров един с другим, сохраняя свою автономию.

Пейзажная функция парадигмы «природа» в лирике С. Есенина

Пейзажная функция лексем природной парадигмы выступает как самостоятельная в раннем творчестве С. Есенина («Береза», «Поет зима - аукает», «Подражание песне», «Дымом половодье» и др.). Эта функция может быть также названа функцией локализации, поскольку лексемы природной парадигмы задают пространственные координаты изображаемого. Например, в стихотворении «Шел господь пытать людей в любови» (1914) природная парадигма (КУЛИЖКА, ПЕНЬ, ДУБРОВА, ДОРОГА, ТРОПИНКА) функционирует относительно самостоятельно, не пересекаясь с парадигмами, относящимися к миру ЧЕЛОВЕКА или РЕЛИГИИ.

Функционирование парадигмы «природа» в лирике С. Есенина. Часть 2

Высокая частотность лексем природной парадигмы предполагает их полифункциональность, т. к. многократное повторение од­них и тех же слов в постоянной функции привело бы к образной монотонности, что совершенно несвойственно есенинской лирике.

Функционирование парадигмы «природа» в лирике С. Есенина. Часть 1

С образами русской природы связано национальное своеобразие есенинской лирики. По словам А. А. Ахматовой, «Есенина не вырвешь из полей и рощ». Творческий путь «поэт проходит, отражая в облике своего лирического героя все возможные изменения природы от весны до «возраста осени»... декабря» (Михайлов 1978). Как отмечает А. Захаров, «люди, животные, растения, вещи и стихии, - по Есенину, дети единой матери-природы, живые существа. В его поэзии мы видим как очеловеченную природу, так и «оприродованного» человека» (Захаров 1978).

Поэтические антиномии – средство систематизации лексики в лирике С. Есенина. Часть 2

Для лирики С. Есенина характерно сочетание различных антино­мий в пределах одного стихотворения. Например, в стихотворении «Несказанное, синее, нежное» сочетаются антиномии ПУТЬ - ПРИЮТ, МОЛОДОСТЬ - УВЯДАНИЕ, ПРОШЛОЕ - НАСТОЯ­ЩЕЕ. Взаимодействие антиномнй ЖИЗНЬ - СМЕРТЬ и МОЛО­ДОСТЬ - УВЯДАНИЕ может быть выявлено в стихотворении «Пе­сня» и т. д.

Поэтические антиномии – средство систематизации лексики в лирике С. Есенина. Часть 1

Лексика лирики С. Есенина настолько многообразна, что ее рассмотрение в указанном выше аспекте предусматривает расчлене­ние всего корпуса лексем на более частные разряды. Такое расчле­нение предлагается проводить не на языковой, а на образно-поня­тийной основе, поскольку лексические микросистемы рассматривают­ся в связи с выполняемыми в тексте функциями.

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 14

Подведем итог разговору об историзме Гумилева.

Свойственное  акмеистам  переживание  личного  бытия  в  истории  в  художественном мире Гумилева реализуется в несколькихих мотивных линиях.  Основной механизм взаимодействия личности с историей представлен у него,  как  и  у  двух  других  великих  акмеистов,  мотивом  сбывающейся  судьбы,  который  прослеживается  в  таких  программных  стихах  Гумилева,  как  «Пятистопные  ямбы»,  «Открытие  Америки»,  «Мужик»,  «Заблудившийся  трамвай».

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 13

Наконец, гумилевскому прямому фиксированию точки зрения «с той стороны»  жизни («отслужу… панихиду по мне») у БГ соответствует строчка: «На наших  гробах – цветы да трава», – где явлена аналогичная точка зрения. С мотивом  пересечения  пределов  земного  бытия  связаны  и  образы  сакрализованных  средств  преодоления  посюстороннего  пространства,  которые  выявляют  у  БГ  определенное  сходство  с  гумилевскими.  Так,  гумилевскому  мистическому  трамваю у БГ соответствует не менее сакрализованный трамвай в одноименной  балладе,  который  в конце  сюжета  (прозрачно  намекающего на  евангельские  события) «уже шел там, где не было рельсов.

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 12

Другая же особенность мировосприятия, общая у БГ с Гумилевым, – это  осознанное стремление «держаться корней» (БГ), в том числе и «корней нашей  веры»  (Гумилев), в соединении с тенденцией к религиозному и культурному  синтезу  в  творчестве,  с  проникновением  далеких  от  русской  традиций  в  собственный художественный мир (в применении к национальной идее об этой  особенности в поэзии Гумилева.

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 11

Обнаруживается  в  творчестве  Б.  Гребенщикова  (далее  БГ)  и  близкий  Гумилеву  историзм,  теперь  уже  до  конца  окончательно  избавленный  от  политической тенденциозности и вновь обретший метафизическую глубину. Об особой значимости Гумилева для  БГ свидетельствует и факт исполнения на  концертах  последнего  гумилевских  стихов  («Я  верил,  я  думал…»).  Но  собственно почву для сопоставления дает ряд устойчивых образов и мотивов,  составляющих  основу  художественного  мира  как  Гумилева,  так  и  БГ,  и  отмеченных сходными чертами.

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина, И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 9

Проследим,  в  каком  направлении  дальше  развивалась  та  героико-эпическая линия гумилевского историзма, которая в 20-40-х годах породила не  только новый пафос деятельно-героического отношения к жизни, но даже на  жанровом  уровне  вызвала  всплеск  жанра  баллады  и в  творчестве  советских  романтиков,  и  в  творчестве  поэтов  гумилевской  школы,  оказавшихся  в  «зарубежье» (прежде всего, конечно, речь идет о балладах И. Одоевцевой).

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 10

Более  органичное  продолжение  и  одновременно  освобождение  от  вышеупомянутого  «идеологически-прикладного»  применения  романтический  историзм  Гумилева  находит,  как  представляется,  в  поэзии  В.  Высоцкого,  именно  в  ней  вновь  начиная  обретать  эмоциональную  многомерность  и  окончательно  порывая  с  «официальной»  советской  литературой,  разрыв  с  которой  в  случае  Окуджавы  все  же  нельзя  считать  состоявшимся.  Прежде  всего,  Высоцкий  воспроизводит  в  своем  поэтическом  мире  гумилевский  романтический конфликт с  «жизнью современною».

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 6

Аналогом  понятию  смещения  в  контексте,  более  приближенном  к  Бродскому,  является теория  «следующего  шага»,  с  точки  зрения  которой  рассматривает  механизм  литературной  преемственности  в  творчестве  Бродского,  например,  А.  Глушко  в  статье,  посвященной  «Пилигримам»  Бродского  в  сопоставлении  с  «Пилигримом»  Мандельштама.

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 7

В  связи  с  путями  развития  и  трансформации  в  поэзии  ХХ  века  гумилевских  принципов  историзма  необходимо  отметить  еще  одно  обстоятельство.  Проблематика  духовного  становления,  осуществляемого  в  историческом  бытии  человека,  заданная  Гумилевым,  в  контексте  ХХ  века  высветила  еще  одну  тему,  присутствующую  в  его  поэзии  достаточно  последовательно,  хотя    и  в  имплицитном  виде:  это  тема  экуменического  восприятия религии. Если в воспоминаниях современников Гумилев предстает  ортодоксально православным человеком, то в его стихах создается образ веры,  воплощающий  скорее  характерные  для  второй  половины  ХХ  столетия  воззрения о том, что все мировые конфессии – это разные тропинки, ведущие к  общей  вершине.  

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 8

Наконец,  необходимо  обозначить  еще  одну  важную  грань  историзма  Гумилева: связь чувства истории со сферой поступка. В эссе «Поэт и время»  Цветаева говорит: «Быть современником – творить свое время, а не отражать  его. Да отражать его, но не как зеркало, а как щит… Быть современником –  творить  свое  время,  то  есть  с  девятью  десятыми  в  нем  сражаться…

Акмеизм как поэтическое направление

Акмеизм как литературное направление сыграл одну из главных ролей (наряду с символизмом, футуризмом и некоторыми другими течениями) в развитии русской поэзии рубежа XIX – ХХ веков. Однако и в более поздние периоды он продолжал оказывать влияние на отечественный поэтический процесс, о чём будет сказано в этом цикле статей, посвященных непосредственно акмеизму и его влиянии на русскую поэзию.

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 5

Достаточно подробно проблематику отношений между поэтом, поэзией  (языком) и властью рассматривает в статье о «политическом тексте» Бродского  Э. Прохорова. Исходной позицией в отношениях  «поэт  – власть» является у  Бродского позиция уравновешивания власти политической – властью культуры,  представителем которой является поэт:  «Вся система сдержек и противовесов  заключена для Бродского в символической фигуре Поэта, уравновешивающего  и  частично  нейтрализующего фигуру Правителя»  [Прохорова  Э.  «Политический  текст»  Иосифа  Бродского.  //  Бродский  и мир.  Метафизика.  Античность.  Современность.  –  СПб.:  АОЗТ  «Журнал «Звезда», 2000. -  С. 94 - 104.,  с.  99]. 

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 4

Мотив всевластия Слова как такового, но вне исторического контекста,  конечно,  был  Гумилевым  унаследован  от  символистов  и  спроецирован  на  область  бытия  в  истории.  И  в  дальнейшем,  тогда,  когда  этот  мотив  проецируется в надысторический, общекультурный ценностный контекст (как в  ахматовском  образе  «Царственного  Слова»),  он  продолжает  развиваться  в  поэзии ХХ века, но уже вне позиции историзма. В том же случае, когда его  связь  с  историческим  бытием  сохраняется,  он  неизбежно  подвергается  иронической трансформации – как это и прослеживает Жолковский в образах  всевозможных  «мегаломанов  с  писательскими  и  государственными претензиями» [Жолковский А. К. Блуждающие сны и другие работы. – М.: Наука, изд. фирма «Восточная литература», 1994. – 428 с., с. 64].

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина, И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 3

Чувство  истории как  уже осуществленной  судьбы  почти исключает из  художественного  мира  Кривулина  упоминание  конкретных  событий,  воссоздание  неких  конкретно-исторических  обстоятельств  и  деталей.  Часто  история является в его стихах в обобщенном почти до аллегоричности образе – старухи в «Приближении лица», «ведьмы истории» в «Клио». И в стремлении к  созданию  глобально-обобщенного  образа  истории-судьбы  Кривулин  вновь  оказывается близок Гумилеву. Подобно тому, как, например, в  «Сне Адама»  Гумилева  видение  будущего  охватывает  всю  мировую  историческую  перспективу  вплоть  до  последней  гибельной  для  человечества  космической  катастрофы,  в  «Кассандре»  Кривулина  пророческое  видение  вмещает  «всю  пустоту»  исторических  катастроф  от  падения  Трои  до  гибели,  в  которой  «кончается некий // будущий город с мильонным его населеньем»  [Кривулин В. Обращение. Стихотворения. – Л.: Сов. пис. (Лен. отд.), 1990. – 64 с.  , с. 13]. 

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 2

Чтобы  почувствовать  разницу  кривулинской  позиции  в  истории  по  отношению к позиции,  например, Мандельштама, имеет смысл обратиться к  мандельштамовскому  подтексту  процитированного  стихотворения.  Конечно,  кривулинское  «стекло  истории»  напрямую  перекликается  с  мандельштамовскими «стеклами вечности», и если у Мандельштама предметом  лирической  рефлексии  становится  именно  собственное  участие  в  мировой  жизни («на стекла вечности уже легло // Мое дыхание, мое тепло» [Мандельштам О. Соч.: В 2-х т. – М.: Худ. лит., 1990., т. 1, с.  69]), то у Кривулина – ровно наоборот: не участие, а только наблюдение за тем,  что происходит с этим «дыханием» и «теплом» прежних участников истории.  Симптоматична  и  замена  у  Кривулина  понятия  «вечность»  понятием  «история».  Аналогичную  замену  уже  фиксировала  в  другом  кривулинском  стихотворении О. Седакова. Комментируя строки «история течет – но время на  иконе // есть инок на скале», она пишет: «Время, а не вечность видит он  «на  иконе», то есть в образе! Время уподоблено иноку, столпнику, совершающему  подвиг отрешения от мира…» [Седакова О. А. Проза. – М.: Эн Эф Кью/Ту Принт, 2001. – 960 с., с. 692]. История в своей завершенности и впрямь отрешена от мира и вновь слита с вечностью, в которой «Бог сохраняет  все»,  в  том  числе  и  «животное  тепло»  «с  мольбою  перемешанного  праха».  Слитность  завершенной  истории  с  вечностью  предполагает  отмену  всех  возможных  моделей  ее  развития,  и  отказ  от  них  мы  находим  в  другом  стихотворении Крувулина  –  «На празднике  народном», где перечислены три  наиболее  распространенные  схемы  движения  исторического  времени  –  циклическая  («мистериальный  поворот»),  регрессивная  и  прогрессивная  –  и  каждая признана несостоятельной: «Напрасно я на празднике народном // ищу  мистериальный  поворот  // на  красный свет или назад  к  животным  //  или  в  неведомый перед» [Кривулин В. Обращение. Стихотворения. – Л.: Сов. пис. (Лен. отд.), 1990. – 64 с., с. 38]. 

Соотнесенность категории историзма в творчестве Н. Гумилева с поэзией В. Кривулина,
И. Бродского, поэзией «бардов», рок-поэзией. Часть 1

На  историзм  как  заслуживающую  внимания  особенность  поэзии  Н. Гумилева одной из первых обратила внимание М. Цветаева. В своем отзыве о  стихотворении «Мужик» в единую цепочку она выстраивает понятия «судьба» – «чара»  (любимое Цветаевой слово, применяемое при обозначении того, что  обычно называют  «последними»  тайнами  бытия)  –  «история».  Комментируя  одну только строфу из  «Мужика»  («В гордую  нашу столицу  // Входит  он  –  Боже спаси! – // Обворожает Царицу // Необозримой Руси»), Цветаева пишет:  «Вот, в двух словах, в четырех строках, все о Распутине, Царице, всей той туче.  Что  в  этом  четверостишии?  Любовь?  Нет.  Ненависть?  Нет.  Суд?  Нет.  Оправдание? Нет. Судьба. Шаг судьбы. /…/ Здесь каждое слово на вес – крови»  [Цветаева М. И. Собр. соч.: В 7-ми т. – М.: Эллис Лак, 1994 – 1995, т. 4, с. 141]. И далее о спаянности понятий судьбы и истории: «А если есть  в стихах судьба – так именно в этих, чара  – так именно в этих. История, на  которой… так настаивают сейчас в Советской литературе – так именно в этих.  /…/ 

Система «Тотальный цигун»

«Тотальный цигун» является комплексной системой, основанной на базовых принципах традиционного китайского цигун, но адаптированной под современные реалии.

Система «Незримый тренинг»

Тенденцией современного общества является то, что многие люди стремятся быть успешными, иметь крепкое здоровье, хорошо выглядеть, находиться в отличной физической форме, быть психически устойчивыми к стрессам и другому негативному воздействию, владеть такими умениями и навыками, которые позволили бы им быть конкурентоспособными в нашем мире.

О разделе «Эксклюзив»

Это особый раздел моего «Образовательного портала». Здесь представлены материалы, которые вы не сможете найти больше нигде.

 

SSL – проблема или дополнительные возможности?

Пришло то время, когда шутки кончились. Наступает момент, о котором некоторые слышали, но то ли не хотели не воспринимали всерьез, то ли считали, что всё как-то авось да пройдёт мимо них. Однако такие чаяния разбиваются о суровую реальность – с 1 января 2017 года все сайты, не имеющие SSL-сертификата будут помечаться браузерами Google Chrome и Mozilla как небезопасные. Мало того, вероятно, они вообще исчезнут из выдачи поисковика Google.

О семантическом ядре, мушкетерах короля и гвардейцах кардинала

Многие помнят эпизод из знаменитого романа Александра Дюма, когда Д`Артаньян, Атос, Портос и Арамис позавтракали на бастионе Сен-Жерве под Ла-Рошелью. Причиной выбора такого необычного места для ланча послужила необходимость провести без лишних ушей совет по поводу того, как избавиться от милой женщины, имевшей много имен и фамилий, но наиболее известной как Миледи. Во время этого завтрака четырем друзьям и их слугам пришлой отбить несколько атак превосходящего их численностью неприятеля, вокруг них свистели пули и рвались ядра. Не исключено, что некоторые из них были семантическими.

Хоронили SEO, порвали два баяна

С прискорбием извещаю, что всем известная и, можно сказать, легендарная SEO, почила в бозе. Конечно, жаль старушку, хорошая была, многим дала заработать неплохие деньги, правда, многих заставила их потратить зазря...

О философской лирике Тютчева

Лирику Федора Ивановича Тютчева в отечественном литературоведении и критике принято называть философской. Такое ее определение давно стало аксиомой. И действительно многие лирические произведения поэта представляют собой как бы маленькие философские трактаты, в которых он в чрезвычайно сжатой форме дает ответы на «вечные» вопросы человеческого бытия. Однако по поводу отношения мировоззрения Тютчева к тому или иному философскому направлению среди исследователей его творчества имеются значительные разночтения. Так одни считают его последователем Шеллинга, другие – пантеистом, кто-то – натурфилософом, а некоторые – мистиком. Кроме того, существуют мнения о наличии в лирике Тютчева славянофильских и христианских мотивов.

«Silentium!» и «Успокоение» - два манифеста философии Тютчева

Рассмотренные в предыдущей статье стихотворения, безусловно, следует отнести к философской лирике Тютчева. Но, как мне кажется, гораздо более интересны и глубоки те произведения поэта, в которых он выступает не в роли отстраненно размышляющего о бытии субъекта (хотя это и не исключает возникновения у него эмоций), а в тех, где автор является частью самого процесса бытия. То есть в тех стихотворениях, где автор не рассуждает, не философствует, а живо ощущает окружающее (видимое и невидимое) всем своим существом, а не только разумом. Именно тогда в глубине сознания автора возникает понимание жизни. Понимание, а не объяснение. И может быть именно поэтому «...Мысль изреченная есть ложь…» («Silentium!»), и бытие начинает восприниматься не как череда разрозненных эпизодов, а как поток, цельный и могучий («Успокоение»). И здесь возникает не образ философа-мыслителя, в традиционно западном его понимании, а образ даосского мудреца, который прекрасно понимает, что «знающий не говорит, говорящий не знает» и, что тайны жизни можно постичь, только погрузившись в поток Дао, поток Жизни.

Натурфилософская лирика Тютчева

В философской лирике, так или иначе, воспроизводятся основные вопросы, которые извечно ставила перед собой всякая философия природы: вопрос о родственности или враждебности природных начал человеку, а также духовна ли природа изнутри или она слепа в своем могуществе. «    «Вечный» вопрос о причинах глубочайшего разлада между человеком и природой неоднократно поднимался и до Тютчева. Не только многие философы, но и многие поэты пытались найти на него ответ. Правда это касается в основном поэтов зарубежных. В России же, пожалуй, только некоторые произведения М.В. Ломоносова можно в полной мере назвать натурфилософскими.    

Принципы «свободного искусства» и пейзажная лирика Фета

Жизнь во всей ее красоте и многообразии проявлений является содержанием искусства. Тайна искусства в том и состоит, что оно передает красоту жизни, ее динамику, но сохраняет при этом совершенство однажды возникшей формы, придает прекрасному мгновению - вечность, делает его непреходящим. Ведь каждый переход от одного состояния к другому не только порождает новую красоту, но и приносит потери. Афанасий Афанасьевич Фет, как никто другой, умел схватить мгновение, сделать его вечностью.  Великая и прекрасная природа – несомненно, центральный образ поэзии Фета.

Отражение мировоззрения Афанасия Афанасьевича Фета в его лирике

Лирика Афанасия Афанасьевича Фета занимает особое место среди шедевров русской литературы. Его поэтическая манера письма, «фетовский почерк», придали его поэзии неповторимое очарование. Фет прожил долгую плодотворную творческую жизнь. Он писал стихи более пятидесяти лет. Он был студентом, военным, помещиком, мировым судьей, публицистом «Русского вестника», камергером двора Его Императорского Величества, но главное – он был Поэтом.

Языковая игра как лингвистический феномен

Языковая игра сегодня является одним из наиболее эффективных языковых средств, применяемых в рекламе. Языковая игра представляет собой некоторую языковую необычность, можно сказать, неправильность, но при этом такая неправильность допускается её автором сознательно, а не по причине его безграмотности. Иначе это будет не языковая игра, а языковая ошибка. Мало того, и адресат такого сообщения должен понимать, что это специально так сказано, в противном случае он сочтет это неточностью , и его восприятие такой рекламы будет отрицательным, поскольку мало кто будет доверять фирме, в рекламе продукции которой допущены ошибки. Как говорится, какой товар, такая и реклама (или наоборот).

Копирайтинг без правил

Человек, начинающий работать копирайтером, часто идет в Интернет, чтобы узнать, как же правильно нужно писать тексты для сайтов. Набрав в поисковике фразу «как писать тексты для сайтов», он получит более 300 миллионов ответов. Выбрав, естественно, те из них, которые расположены на первых 3 – 4 страницах поиска, он начинает их читать и потихоньку офигевать. И есть от чего!

Продающие тексты. Миф или реальность?

В последнее время в среде копирайтеров и бизнесменов большую популярность приобрело понятие «продающие тексты». Правда, относительно того, что же это за фрукт такой, и можно ли его вырастить на удобренной всякими глупостями почве интернета, встречаются порой прямо противоположные мнения.

О языке рекламы

Язык рекламы представляет собой феномен лингвистики, затрагивающий тем или иным способом множество сфер, начиная с собственно языковой и заканчивая юридической, поскольку нередки случаи, когда речь идет о соответствии рекламы тем или иным законам.

Заказчики тоже плачут

Когда человек начинает заниматься копирайтингом, у него возникает ощущение, что всё в Интернете «заточено» под заказчиков контента: владельцев, администраторов и модераторов сайтов, seo-оптимизаторов и т.п. И это действительно так. Основная причина здесь в том, что практически все биржи фриланса, где пытаются искать себе заказы копирайтеры (причем далеко не только начинающие), ценят заказчиков гораздо выше, чем исполнителей. В общем, понять это можно, поскольку заказчики приносят на биржу деньги, за счет которых она, собственно, и живет.

Ложные друзья копирайтера

Человеку свойственно идти по пути наименьшего сопротивления и использовать минимально трудозатратные методы и способы. Именно эти инструменты копирайтера часто становятся его ложными друзьями.

 

 

 

Яндекс. Метрика

Яндекс.Метрика

Google Analytics

Mail.ru

Рейтинг@Mail.ru

Liveinternet

Рамблер / Топ-100